Ольга Костина: "Жертвы молчать не будут"
Правозащита
Гостем программы «Право на защиту» на Радио России стала Ольга Костина, лидер правозащитного движения «Сопротивление», член Общественной палаты Российской Федерации и председатель Общественной комиссии по расследованию военных преступлений в Южной Осетии и помощи пострадавшему гражданскому населению. Она рассказала о том, почему нельзя разделять жертв преступлений по географическому, национальному или социальному признаку, а также о том, какие шаги предпринимаются сегодня, чтобы помочь пострадавшим от преступности.
Ильмира Маликова: Когда «Сопротивление» готовило книгу «Южная Осетия. Хроника заказного убийства», нам довольно задавали вопрос: «А при чем здесь вы?» Ведь правозащитное движение занимается поддержкой прав пострадавших и свидетелей в уголовных процессах, защитой прав жертв криминала. Здесь, казалось бы, совершенно другая геополитическая ситуация, которая произошла за пределами Российской Федерации...
Ольга Костина: Ну, на самом деле, ответ несложный, особенно в том, что касается понятия «за пределами России». Ведь мы часто наблюдаем трагедии за пределами нашей страны, люди просят о помощи, и нас призывают помогать этим людям. Тем более, что здесь речь шла о людях, которые являются гражданами России. Закрывать глаза на это или отворачиваться было невозможно.
Мы не случайно назвали книгу «Хроника заказного убийства». Наша основная задача - это психологическая и правовая поддержка жертв любых преступлений, в том числе военных. Именно поэтому мы не стали употреблять в книге, как многие настаивали, слово «геноцид». И вовсе не потому, что мы считаем, что для этого нет оснований, а потому, что наша работа - это жертвы преступления. Дети, женщины, старики - те, кто пострадал от любого рода убийств. А здесь, в общем-то, речь шла именно об убийствах, об уничтожении людей.
Я не буду повторять то, что уже много раз сказано - существуют доказательства, которые признают уже и международные инстанции, что имело место применение кассетных бомб и вообще сам по себе удар по своей силе совершенно несоизмерим с маленьким горным поселением, где живу тихие люди, которые занимаются только своей собственной жизнью. На самом деле, понятно, что не за что было убивать их, там нечего было захватывать. Именно поэтому мы назвали произошедшее заказным убийством.
Дело в том, что целью нападения и уничтожения этих людей был, конечно, не захват их территории, я даже подозреваю, что и не присоединение к Грузии или остановка процесса их отделения. Это была удачно выбранная политическая жертва для колоссальной международной провокации, которую мы, собственно, все сейчас и наблюдаем. Это обсуждение безопасности в мире, это попытки «задвинуть» нашу страну куда-то обратно в застой, возродить холодную войну, заставить нас принимать какие-то санкции внутри страны, возможно, заставить нас подумать о свободе слова. На самом деле ничего подобного не будет, и президент сказал об этом довольно внятно. Не будет мобилизационной экономики и чего-то подобного. Тем не менее, надо признать, что с помощью вот такого чудовищного механизма, предлагающего нам принести в жертву маленькую Южную Осетию, нас попытались заставить вот таким образом поменять положение внутри страны и в окружающем мире.
Когда мы готовили книгу и обрабатывали колоссальное количество свидетельств (конечно, в книгу вошла только небольшая их часть), очень многие люди из числа пострадавших говорили, что они не готовились и не были готовы к войне, что их принесли в жертву. Это одна из причин, по которым мы сделали книгу в большей степени в форме альбома. В ней нет политических рассуждений, нет какой-то геополитической аналитики - в ней только прямая речь. Из этой прямой речи мы собрали небольшую хронику того, что происходило, и это вошло в первую часть, которая называется «Преступление». Во вторую часть вошли показания людей с названием всех фамилии и указанием мест, где эти люди жили. Эта часть названа «Жертвы». В третью часть под названием «Свидетели» вошли рассказы людей, которые там оказались по работе. Спасателей, журналистов - всех, кто оказался там в силу необходимости выполнения профессионального долга и стал свидетелем этой трагедии.
Правозащитное движение "Сопротивление".
