Геноцид в Южной Осетии: факты и свидетельства
Расследование
В Южной Осетии собирают сведения о фактах геноцида против мирного населения со стороны грузинских военных. Вся информация будет опубликована в специальной Книге свидетельств. А в Цхинвале в память о трагедии планируют открыть специальный мемориальный комплекс. Дом за домом, семья за семьей, история за историей.
О том, что произошло с республикой и ее жителями за несколько августовских дней, Жанна Засеева, глава региональной общественной организации "Жители Южной Осетии против геноцида", уже могла бы написать книгу - книгу о геноциде. Но то, что она записывает, выслушивая чужое горе, не выйдет в переплете. Это предназначено для правосудия.
"У нас каждый человек пострадал. У нас нет не пострадавших. В Южной Осетии не пострадавших нет. Мы оформили заявления, мы перевели их на французский, английский, немецкие языки. Мы направили в международный суд, уголовный суд в Гааге наши заявления. Позавчера мы получили первое подтверждение", - говорит Жанна.
Разрушенные дома, осколки снарядов, трофейные грузинские вооружения. Все это становится вещественными доказательствами. От воронок из-под "Градов" в разрушенных селах до образцов тяжелой военной техники противника.
"Мы собираем информацию касательно того геноцида, который имел место здесь, в Южной Осетии, со стороны грузинских войск. И танк, который тут находится, - это один из тех танков, которыми уничтожали и убивали именно, я хочу подчеркнуть, именно мирное население. Никакие точечные удары по военным формированиям Южной Осетии не производились", - говорит Георгий, Епископ Аланский.
Что-то из находок станет экспонатами в музее геноцида. Это пока рабочее название. Но те, кто собирает страшные свидетельства войны, уверены: такая экспозиция должна появиться.
Своей расчет грузинские военные расположили под стенами православного храма. Отсюда велся полный огонь. Знали: по святой земле осетины стрелять не будут.
Вырванные с корнем детские надгробия. То, что имена написаны на грузинском, носителя языка не смутило. Памятники приспособили под скамьи для походной трапезы, о чем свидетельствуют разбросанные по всему кладбищу упаковки из-под натовских сухих пайков.
Для Тамары Бурджанадзе грузинский так и остался родным языком. И она до сих пор не может поверить, что ее соотечественники были способны на такое. В 91-м во время войны ей пришлось бежать из Грузии. Муж - осетин. Пока еще сдерживая рыдания, Тамара показывает фотографии сына, он погиб 8 августа, защищая ставшую родной Южную Осетию от грузинских солдат. Так она обращается к их матерям: "Грузинские матери, послушайте меня. Ваши дети, наши дети истреблены фашистским режимом Саакашвили. Сестры, братья, вашего племянника уже нет в живых. Ваших детей тоже убили, потому что ваше правительство привело их сюда воевать. Вы так же, как и я, носите черное."
