Генштаб уполномочен заявить
Армия
Этого боевого генерала, заслуженного военного летчика за последний месяц хорошо узнали не только в России, но и далеко за ее пределами. Именно он изо дня в день рассказывал российским и иностранным журналистам правду о событиях на Кавказе. Он убедительно - с трофейными картами и захваченными у грузинских военных штабными документами в руках - доказывал, что агрессию против Южной Осетии развязали в Тбилиси. Что только благодаря мужеству наших миротворцев и подоспевших им на помощь подразделений Российской армии эта республика не была стерта с лица земли и война не перекинулась в Абхазию. (Фото: Евгения Смолянская, РГ)
В "Российскую газету" Анатолий Ноговицын тоже приехал не с пустыми руками. Он показал захваченные в бою штабные карты грузинских агрессоров и многочисленные снимки, сделанные сбитыми над Южной Осетией шпионами-беспилотниками.
Сдержанный и аргументированный рассказ генерала многих заставил по-иному взглянуть и на события в регионе, и на Вооруженные силы России. Как признался один из читателей "РГ" - профессиональный военный, - эти события в корне поменяли его жизненные планы. "Хотел было уволиться, но теперь ни за что не расстанусь со службой", - написал он в газету. На "Деловом завтраке" в "Российской газете" Анатолий Ноговицын раскрыл новые подробности трагических событий на Кавказе.
Российская газета: Анатолий Алексеевич, объясните странное противоречие. Руководство нашей страны объявило о завершении военной операции в Южной Осетии и выводе войск с территории этой республики. В то же время на Западе упорно настаивают на том, чтобы Россия убрала отсюда свои подразделения. Какова ситуация в реальности?
Анатолий Ноговицын: Камень преткновения в том, что по-разному истолковываются административные границы и рубежи безопасности.
То есть речь идет о понятийном аппарате. Как известно, Северную и Южную Осетию соединяет Рокский тоннель. Эту своеобразную дорогу жизни в свое время строили военные. По ней к Цхинвалу после агрессии Грузии выдвигались подразделения 58-й армии.
Когда после конфликта 1992 года были приняты решения в четырехстороннем формате на ввод в регион миротворческих сил, был составлен базовый договор. Документ подписали представители России, Южной Осетии, Грузии и Северной Осетии.
Почему так сложилось? Мы настояли на том, что в Южной и Северной Осетии проживают родственные народы, разделенные только границей. В итоге в миротворческий контингент включили представителей Северной Осетии. Для каждой из сторон достаточно произвольно была определена зона ответственности. Где-то она совпадала с административной границей республики, где-то нет. Миротворческие посты по этому соглашению могли размещаться и на территории Грузии.
Получилось так, что несколько постов от грузинской стороны оказались на территории компактного проживания грузин в Южной Осетии. Тбилиси эти анклавы дополнительно финансировало, обустраивало. И они действительно в социальном плане значительно отличались от осетинских.
Вот такая - несколько отличная от административной границы - конфигурация зон ответственности миротворцев и сегодня создает определенные проблемы. Пост у населенного пункта Мосабруни мы установили. Но Грузия уже после всех боевых действий и провозглашения независимости Южной Осетии явочным порядком попыталась ввести сюда свои полицейские силы. Грузинских полицейских пришлось вытеснять нашим десантникам с миротворческого поста. И это не единственная спорная территория. Запад как раз и пытается спекулировать на этих "точках".
На самом деле Россия безукоризненно выполняет план Медведева - Саркози. На первом этапе мы должны были отвести подразделения до границ зоны ответственности миротворческого контингента. Это сделано. На втором этапе - вывести войска, прибывшие на усиление "голубых касок". Напомню, что 58-я армия прибыла в Южную Осетию по приказу Верховного главнокомандующего. Это произошло, когда уже были первые жертвы среди миротворцев и стало ясно: это масштабная агрессия, и незначительную группировку наших "голубых касок" - порядка 588 человек без тяжелой техники - надо спасать.
РГ: А что за технику разрешено иметь в Южной Осетии нашим миротворцам?
Ноговицын: Бронетранспортеры, грузовики, другие машины, необходимые для патрулирования и выполнения иных задач на стационарных постах и пунктах контроля.
РГ: Так мы все-таки вывели свои войска из региона?
Ноговицын: Когда президент России дал команду на прекращение операции по принуждению Грузии к миру, наши войска уже вышли за границу зоны ответственности миротворцев и были на подступах к Гори. В сам город мы не входили. Но на некоторых направлениях, в частности на направлении Гори-Тбилиси, грузинские войска оказались даже за спиной у наших подразделений. И тут западные СМИ начали распространять откровенную ложь. Например, сообщалось, что группа российской бронетехники, численностью до 50 танков, идет маршем на Тбилиси.
На самом деле грузинские танки однотипны с российскими. Это Т-72, которые отличаются от наших только опознавательными знаками. При подходе наших сил они развернулись и маршем двинули к Тбилиси. Так были спровоцированы слухи, что российская бронетехника идет на грузинскую столицу.
Сейчас подразделения 58-й армии покинули территорию Южной Осетии - точно в срок, обозначенный президентом. Там остались только наши миротворцы.
Подробный отчет о "деловом завтраке" с Анатолием Ноговицыным читайте в ближайших номерах "РГ".
Юрий Гаврилов, "Российская газета" - Федеральный выпуск №4743 от 4 сентября 2008 г.
