Главный военный прокурор объяснил, как попали солдаты-срочники в Южную Осетию
Армия
Из всех прочих тем, которых коснулся г-н Фридинский, в полной мере изученной оказалась проблема участия в конфликте в Южной Осетии солдат-срочников. «Мы не прошли мимо этого и направили командованию представление Главной военной прокуратуры о нарушении закона в этой части. Всех призывников возвращают, и, я думаю, не сегодня завтра их здесь не останется», -- сказал г-н Фридинский. При этом он оговорился, что, как установлено, «злого умысла никакого не было», поскольку военные части в Южную Осетию вводились прямо с тактических условий и разбираться тогда никто не стал.
Это заявление вполне могло бы выглядеть искренней заботой прокуратуры о правах военнослужащих, если бы его не предваряли неоднократные обращения представительниц Комитета солдатских матерей и правозащитников. Последние просили разобраться с фактом присутствия на войне солдат-срочников еще 20 августа, а первые похороны погибших в Южной Осетии срочников прошли и того раньше -- 14-го числа. С тех пор факт участия призывников в «осетинской кампании» успел признать даже Генштаб.
Всего, по данным правозащитников, в конфликте погибло шесть военнослужащих, оказавшихся в армии по призыву. Назвать число срочников, благополучно вернувшихся из зоны конфликта, кроме военных, вряд ли кто сможет, но они по понятным причинам молчат. По закону прав у солдат-срочников в случае ранения или гибели значительно меньше, чем у контрактников. Фактически все, что может иметь пострадавший в таком конфликте 18-летний парень, -- это пенсия в 2 тыс. руб. Поэтому правозащитники и настаивали на немедленном выводе этой части военнослужащих из горячей точки.
Говоря о потерях миротворцев в ходе «операции по принуждению Грузии к миру», г-н Фридинский вчера назвал уточненную цифру -- 71 человек убит и 340 ранены. По его словам, военным и их родственникам, пострадавшим в Южной Осетии, уже выплачено более 100 млн руб. страховых выплат. Кроме того, у них остается право обращаться и в международные суды на действия Грузии.
«Все они являются полноправными гражданами нашей страны, поэтому никто их не может лишить права обращаться в суды, -- отметил г-н Фридинский. -- Среди задач военных прокуроров -- помочь им разобраться в правовых вопросах и разъяснить их права». Последнее, по всей видимости, означает, что военные прокуроры в Южной Осетии сейчас выполняют такую же «правозащитную функцию», как и их гражданские коллеги при работе с беженцами, создавая вал обращений в международные судебные инстанции.
Касаясь международного аспекта событий в Южной Осетии, главный военный прокурор отметил два вопроса. Первый -- участие в конфликте на стороне Грузии иностранных наемников. По словам г-на Фридинского, ГВП совместно с другими службами эту информацию все еще проверяет. «Среди убитых были найдены документы иностранных граждан. Однако тел владельцев этих документов на месте обнаружено не было», -- доложил прокурор.
Второй вопрос -- применение Грузией кассетных бомб против мирного населения. «В ходе следствия изъято очень много осколков и частей зарядов и снарядов самых различных типов и марок, -- сказал прокурор. -- По ним назначены экспертные исследования, после которых можно будет ответить на этот вопрос». Однако уже сейчас у главного военного прокурора, по его словам, нет сомнений в том, что такие бомбардировки велись целенаправленно, поскольку жилой квартал Цхинвали, откуда проходила трансляция его выступления, фактически полностью уничтожен.
Г-н Фридинский также напомнил, что первое уголовное дело по факту смерти миротворцев в Цхинвали было возбуждено еще 8 августа, и с тех пор военными прокурорами и следователями задачи решаются даже в большей мере, чем в первые дни. «Военная прокуратура для того и создана, чтобы даже в таких необычных условиях обеспечивать соблюдение законности», -- подвел итог г-н Фридинский.
Эдуард ЛОМОВЦЕВ, "Время новостей".
