Замира Джиоева: «Южной Осетии крайне необходима служба психологической реабилитации»
Общество
Наша беседа с министром образования Южной Осетии Замирой Джиоевой проходит в большой шумной комнате частного дома, заставленной коробками с методической литературой. Здесь, в трех комнатах, в настоящее время располагаются все сотрудники Минобразования. Это ведомство, как и большинство ключевых правительственных учреждений Южной Осетии, лишилось своих помещений и всей документации в результате военной агрессии Грузии в начале августа. Наблюдая эту картину, трудно поверить, что первого сентября открылись практически все школы Южной Осетии и министерство постепенно решает проблемы, посеянные войной.
Osetinfo.ru: Замира Леонтьевна, очевидно, что работа министерства по организации учебного процесса в послевоенной республике до сих пор идет в авральном режиме. Какие задачи уже решены и что предстоит еще сделать?
Замира Джиоева: После окончания августовской войны до утра 1-го сентября мы днем и ночью работали над тем, чтобы школы открылись. В результате войны все дети оказались за пределами республики. Выехали и учителя, потому что учителя это в основном женщины, матери, и они уехали вместе со своими детьми. Те учителя, которые оставались здесь, работники министерства образования и районных отделов образования работали в своих школах практически круглосуточно, чтобы принять детей 1 сентября. Конечно, мы смогли это сделать только благодаря помощи Российской Федерации, в первую очередь, МЧС России. Сотрудники этого министерства месяц находились здесь, чтобы помочь нам выйти из ситуации разрухи. Чтобы дальнейшее восстановление не стало для нас непосильным грузом. Мы были растеряны и думали, что учеба ни за что не начнется, но они взялись за работу и это придало нам уверенности. Благодаря поддержке МЧС учебный год начался 1-го сентября. Конечно, сегодня не все так гладко как это должно быть, нет всех условий, которые требуются по положениям об образовании и санэпидем требованиям. Но такая ситуация сегодня во всех сферах, по всей республике. Наверное, мы должны потерпеть и закрыть глаза на многие требования, которые предъявляются к школьному обучению по закону. Сегодня пока приходится отступать от закона.
Нужно сказать и о том, что все учебные учреждения, которые были открыты сейчас, не были отремонтированы основательно, они были просто подготовлены к тому, чтобы принять детей. Все здания школ и других образовательных учреждений внесены в комплексный план восстановления Южной Осетии, который рассчитан на период от 2009 до 2011 года. Все наши школы будут поэтапно реконструироваться или капитально ремонтироваться, будут строиться и новые школы. Конечно, ожидать восстановления всего за один день, как в сказке, невозможно. Но каждая школа будет восстанавливаться, оснащаться, и я думаю, что тогда и в городах, и в селах люди обретут надежду на лучшую жизнь.
- Какое количество школьников, если сравнивать с прошлым годом, пошло в школы в этом учебном году, например, в Цхинвале?
- В прошлом году на конец учебного года в Цхинвале было пять тысяч шестьдесят учащихся. На сегодняшний день в школах города занимается более четырех тысяч учеников. Часть учащихся продолжает оставаться в Северной Осетии. В основном это дети из семей погорельцев, которые, не имея здесь жилья, остались в Северной Осетии у родственников или на съемных квартирах. Часть детей пошла в школы в разных регионах России, это совсем незначительная цифра, по два-три человека на регион. Многие поступили в различные училища, поэтому, количество детей, естественно, меньше, чем на конец минувшего учебного года. Но мы полагаем, что с будущего года количество учащихся будет расти, люди начнут возвращаться, в том числе и те, которые уехали после войны 91-92 годов, но не имеют постоянного жилья в других регионах. Здесь уже появляются условия для работы, и количество рабочих мест будет возрастать.
- А как обстоит дело с районными и сельскими школами?
- Начали работать все сельские школы, кроме средней школы Знаурского районного центра, там состояние здания не позволило начать учебу. Сельские школы, конечно, пострадали, многие значительно, но нам удалось привести их в такое состояние, чтобы начало учебного года не сорвалось. Закрытие сельской школы означает, что родители школьников могут временно или постоянно уехать из села. Например, в селе Ортеу у нас осталось всего три ребенка из одной семьи. Наверное, будь благополучное время, мы бы закрыли эту школу. Но сейчас мы подумали, что закрыть школу - значит вынудить всю семью уехать. И другие жители, имеющие детей, вряд ли уже вернуться в такое село. Из таких соображений мы в этом году не стали закрывать ни одну сельскую школу. Решать такие вопросы будем в будущем году, а сейчас мы пока даем образовательным учреждения зеленый свет на выживание.
- В каком объеме на сегодняшний день проходит учебный процесс?
- В обычном объеме. Проходят обычные уроки по нормальному учебному плану. Просто те школы, здания которых разрушены или находятся в аварийном состоянии, занимаются в уцелевших школах во вторую смену. Конечно, это непросто, очень трудно заниматься во вторую смену, в чужом здании, без привычных условий. Но все понимают, что этот год нужно как-то выдержать. До нового года школы республики будут работать в щадящем режиме. Первые полгода наша задача, чтобы в школах проходили все занятия. Проводить какие-то сложные контрольные работы для учеников или аттестации педагогов мы пока не будем, чтобы не тревожить дополнительными заданиями ни учителей, ни детей. Все это отложено на вторую часть учебного года. Сейчас мы думаем о том, как перезимовать. Есть надежда, что будет отопление, оно уже делается в некоторых школа, это, конечно, будет большим спасением. Мы уже думаем над тем, чтобы со второй четверти, когда световой день станет короче, организовать маршруты для подвоза детей. Мы или организуем специальные школьные маршруты, или договоримся с транспортными ведомствами, чтобы городские автобусы делали круг по всем школам и подвозили детей совсем близко к жилым районам.
- Много ли из преподавательского и ученического состава людей, которым необходима помощь, и какая помощь им оказывается?
- Преподавательскому составу мы пока не оказали никакой помощи, пока помогаем исключительно детям. Мы раздаем детишкам гуманитарную помощь - продукты, одежду, отправляем их на отдых. Совместно с нашими подведомственными учреждениями сформированы списки детей, которым необходимо оказать помощь в первую очередь. В них вошли дети, у которых погибли родители или близкие родственники, учащиеся, потерявшие жилье, таких у нас больше шестисот человек, те, кто на момент боевых действий находился в республике и пережил стресс, а также дети из неполных и малоимущих семей. Когда помощь получат эти категории учащихся, мы, по возможности, начнем оказывать помощь и другим детям.
- А педагогическому составу будет оказываться какая-либо дополнительная помощь?
- За два месяца после войны мы получили много гуманитарной помощи для школ - оборудование, учебники, школьные принадлежности. Большая часть этой помощи поступила по линии Министерства образования и науки Российской федерации. В целом, все школы имеют самое необходимое для учебы. Все полученное современное оборудование, конечно, было с большой радостью принято нашими педагогами и станет серьезным подспорьем в их работе. Но и сейчас отдельные организации обращаются с вопросом «чем помочь?» И мы предлагаем таким организациям перечислить деньги на счет нашего министерства для поддержки наиболее нуждающихся учителей республики. Если таким образом нам удастся собрать деньги, мы сможем отправить наших педагогов на отдых и или дадим добавку к зарплате, чтобы они смогли подлечиться или решить какие-то бытовые проблемы. Зарплата-то у них совсем небольшая - в среднем 3 тысячи рублей.
- Большинство специалистов, оказавших жителям Южной Осетии скорую психологическую помощь в первые дни после войны, отмечают, что для снятия последствий полученных психических травм здесь нужна длительная работа психологов. Особенно помощь нужна детям, пережившим ужас войны. Что сейчас делается в этом направлении?
- Все приезжающие к нам психологи говорят, что здесь очень много работы. Что длительную психологическую помощь нужно оказать и детям, и родителям, и учителям. Мы это понимаем, но, к сожалению, у нас пока нет собственных возможностей для такой работы, а профессионалы из других регионов не могут находиться здесь постоянно для оказания длительной помощи. Мы думаем, что, учитывая многолетнюю нестабильность, нервозность, сохраняющуюся в нашем регионе, оптимальным решением проблемы является создание в Цхинвале собственной службы психологической помощи. Специально обученные местные специалисты могли бы оказывать и скорую и пролонгированную помощь и детям, и взрослым по всей республике. Очень хорошо и то, что мы стали получать из разных регионов России приглашения для детей на отдых и реабилитацию. На дынный момент 100 детей из Цхинвала и районов республики выехали на отдых в Сочи, 200 детей и родителей - в Самару, 25 детей - в Дагомыс. Большое спасибо всем организациям, приславшим нам такие приглашения! Я думаю, что эти поездки за пределы республики помогут нашим детям прийти в себя, и уже с января мы сможем ставить перед школами задачи обычной сложности.
Пользуясь случаем, от имени детей, учителей, родителей Южной Осетии, сотрудников нашего министерства я хочу поблагодарить все организации, учреждения, школы, от Ростова и Астрахани до далекого Ханты-Мансийска, которые оказали нам помощь и поддержку. Без преувеличения, ваша помощь стала спасением для сферы образования Южной Осетии, и мы никогда об этом не забудем.
Беседовала Элина Бестаева, спец. корр. Osetinfo.ru
